"Примите, вкусите"

Ульф Экман

 

Ульф Экман книга Примите, вкусите

Назад Содержание Дальше

Глава 1. Истоки причастия

“И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: примите, ядите: сие есть Тело Мое. И взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов. Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое [вино] в Царстве Отца Моего. И воспев пошли на гору Елеонскую” (Мат. 26:26-30).

Именно здесь и было учреждено таинство причастия. Иисус находится в верхней комнате; Он знает, что Его предали и вскоре арестуют, будут пытать и распнут, казнят со всей жестокостью, как грешника. Мы можем лишь представить, какие чувства терзали Иисуса, и каким драматичным был, вероятно, этот судьбоносный для Него вечер в Иерусалиме. Вокруг Иисуса собралась группа учеников-иудеев. Многого из того, что происходит, они не понимают, хотя горячо Его любят и следуют за Ним уже три с половиной года. Интуитивно они знают, что в этот момент происходит нечто важное, нечто потрясающее, что будет иметь огромное значение для всех них. Но, конечно, ученики и представить себе не могут, что их последняя вечеря с Иисусом в этот великий четверг станет примером и центральным аспектом христианства для миллионов и миллионов последователей Христа, которые, восхваляя Бога, совершают это таинство до сего дня.

Иисус не действует здесь в духовной пустоте: Он крепко утвержден в иудейской вере с ее различными празднествами. Это пасхальная неделя, и Иисус, Который “подчинился закону” (Гал. 4:4), празднует Пасху традиционным образом. Он исполняет все, чему учит посвященных иудеев Ветхий Завет, хотя и с нетерпением ожидает всех благословений Нового Завета, который вот-вот вступит в силу. Пришло время умереть — Его кровь прольется ради прощения грехов многих людей.

Пасха является самым важным из иудейских праздников. Сам Господь повелел евреям ежегодно из поколения в поколение праздновать этот день, всегда вспоминая, как Он вывел Свой народ из Египта (см. Исх. 12:14). Эту ночь, непохожую на все остальные, следовало встречать с пасхальным ягненком, пресным хлебом и горькими травами — все это должно напоминать, как кровь пасхального агнца защитила Божий народ и Бог чудесным образом вывел его из Египта, земли рабства. Пасхальной трапезой они праздновали победу над врагом, свободу от рабства и будущие благословения в земле обетованной. И по сей день евреи празднуют Пасху с пресным хлебом, ягненком и горькими травами. Даже в наши дни в Пасху малое дитя спрашивает согласно традиции: “Чем эта ночь отличается от всех остальных?”

С древнейших времен пища была частью завета между Богом и Его народом. Аврам и Мелхисе-дек разделили хлеб и вино, когда Мелхиседек благословил Аврама (см. Быт. 14:18). С израильтянами, вышедшими из Египта, Бог заключил завет на горе Хорив. Там, после того как Моисей окропил кровью тельцов жертвенник, книгу завета и народ, старейшины могли предстать пред Господом, видеть Его сидящим на престоле и есть в Его присутствии (см. Исх. 24:8-11). Все это осталось живым для еврейского народа. Они читали об этом в законе, пели об этом по книге Псалмов и ежегодно праздновали пред Господом в Иерусалиме.

Именно этой традиции следовал Иисус в ночь, когда Его предали. После вечери Он пел особые гимны из Псалмов, которые были связаны с Пасхой (Пс. 115-118). Они назывались “Песней хвалы” и пелись в благодарность за пять великих благословений: 1) исход из Египта; 2) прохождение через Красное море; 3) получение закона; 4) воскресение из мертвых и 5) приход Мессии.

Итак, Иисус и Его ученики не начинают петь спонтанно: они следуют традиции, которая веками сопровождала празднование Пасхи. Однако теперь Пасха имеет даже более глубокое значение, так как здесь находится пасхальный агнец, Агнец Божий, который берет на себя грехи мира.

После вознесения Иисуса и дня Пятидесятницы, когда родилась и начала расти христианская церковь, празднование этой новой трапезы заняло центральное место в жизни Церкви. Это было абсолютно естественно, потому что в начале Церковь полностью состояла из иудеев, и в святом причастии они видели завершение исхода из Египта, которое произошло, когда совершенный жертвенный агнец, пасхальный агнец, Иисус, принес Себя в жертву за грехи всего мира (см. 1 Кор. 5:7). Исход из Египта — из мира — совершается именно благодаря спасению через Него. Таким образом, факт искупления праздновался снова и снова и благодаря причастию преподносился верующим в доступной форме.

В книге Деяния (2:42) говорится: “Они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах”. И далее в 46-м стихе: “И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца”. Здесь мы видим, что хлебопреломление было одним из четырех составляющих жизни ранней Церкви.

Первой составляющей были доктрины и учение апостолов. Иисус дал апостолам власть учить и проповедовать о том, чему Он учил. Для верующих первой Церкви было важно посвятить себя учению апостолов. Учение апостолов также стало основой и сутью нашего Нового Завета, хотя прошло несколько сотен лет, прежде чем оно было объединено в канон, который мы имеем сегодня. Особенно когда дело касалось гностицизма и других еретических учений, всегда делались ссылки на апостолов, их учение и тех, кто стал их законными преемниками через возложение рук.

Апостольское учение основывалось как на законе, пророках и Писании, так и на формирующемся Новом Завете. Людям было хорошо знакомо Писание, которое ежедневно читали в синагогах, — и мы видим, что и Иисус, и Павел в основу своей проповеди брали тексты, которые должны были читаться в день, когда они были там (см. Лук. 4:16-21; Деян. 13:15, 16).

Второй составляющей было общение. Вера в первой Церкви была не только личной, но и общей для всех. Верующие держались вместе и черпали силы из своего общения. Они знали, что они — одно тело. С самого начала единство имело большое значение. Христиане были одним телом и не могли даже представить разделения на несколько “церквей и деноминаций”. Павел говорил об этом постоянно, например, в Первом послании к Коринфянам (12:13-27) и Послании к Ефесянам (4:1-16), когда возникла угроза споров. То есть вера была глубоко личной, но не высокомерно-индивидуальной, когда каждый попросту занят своим делом независимо от всех остальных.

Третьей составляющей было преломление хлеба. Это не было незначительным, безынтересным и почти ненужным ритуальчиком, каким его, к несчастью, считают некоторые современные христиане. Напротив, хлебопреломлению отводилась настолько важная роль, что его совершали часто, даже каждый день (см. Деян. 2:46). Первые христианские документы, написанные одновременно с Новым Заветом или вскоре после, ясно говорят о том, какую важную, даже ведущую роль играло причастие. Абсолютно неверно мнение, что эта традиция зародилась много позже. Совсем наоборот, причастие с самого начала играло одну из главных ролей. К вопросу о том, почему это так, мы вернемся позже.

Четвертой составляющей была молитва. Молиться можно было своими словами, но и не только. Для апостолов совершенно естественно было молиться теми молитвами, которые читали в синагоге и храме. Молитвы читались трижды в день. В книге Деяния (3:1) мы видим: “Петр и Иоанн шли вместе в храм в час молитвы девятый” (курсив автора. — Прим. перев.). Эти молитвы были давно регламентированы в отношении того, когда и о чем молиться. Большинство из них были взяты из книги Псалмов. Они назывались “молитвами по времени”, потому что совершались в определенное время в течение дня. Петр, Иоанн и Павел не видели противоречий между самопроизвольными молитвами и написанными, заученными молитвами. Они бы не поняли наших возражений против подобных молитв, потому что все это было неотъемлемой частью иудейского служения. Для них было абсолютно естественно ссылаться на тех, кто жил прежде, на своих праотцов. В их понимании свобода Духа и регламентированное служение существовали бок о бок, не конфликтуя друг с другом. Одно не исключало другое. Также и невозможно было представить одно без другого. Они молились и своими словами, и словами из Писания. Книга Псалмов была иудейским молитвословом и, вполне естественно, стала молитвословом молодой Церкви, оставаясь им на протяжении двух тысяч лет. В наши дни вновь вспыхнул интерес к тому, чтобы молиться так, как всегда молились верующие со времен апостолов.

За долгую историю церкви люди впадали в различные крайности. Сейчас мы, вероятно, живем в то время, когда верующие преуменьшают значение причастия. В восемнадцатом веке, в эпоху Просвещения, люди стали свысока относиться к библейскому учению о сверхъестественной жизни с Богом. Чудеса и знамения были отвергнуты, и благодаря такому рационалистическому подходу христиане стали утрачивать понимание причастия и его глубокой сути. Отвернувшись от всего сверхъестественного, они не могли видеть ничего сверхъестественного и в причастии, поэтому оно опустилось до уровня простой трапезы воспоминания. Хотя причастие и есть трапеза воспоминания, но в нем скрыт гораздо более глубокий смысл. В те дни во время хлебопреломле-ния люди просто сидели, вкушали хлеб и вино, вспоминая о том, что случилось много лет назад. Они не считали, что это нужно делать слишком часто, и потому причастие совершалось все реже и реже. Такое наследие пробралось в церкви времен пробуждения и остается с нами и по сей день. В результате нас медленно, но верно лишили духовного оружия.

Вместо того чтобы черпать силу из четырех составляющих, о которых говорится книге Деяния (2:42), как это делала ранняя Церковь, христиане стали противопоставлять одно другому. Чтение Библии противопоставляется причастию. Личная молитва противопоставляется общей. Личное хождение с Богом противопоставляется общению между верующими. Утратилось понимание того, что нам нужны все эти вещи. Христиан, испытавших в жизни огонь пробуждения, жаждущих любить Иисуса, следовать за Ним и жить согласно Библии, часто презирали. Они пережили изменяющее жизнь покаяние и по-настоящему встретились с Иисусом, но зачастую их ждали холодность и непонимание со стороны господствующей Церкви. В ответ легко было отвернуться от того, что им казалось жесткой, обезличенной и поверхностной религиозностью, которая не меняет жизнь человека. Испытывая давление и будучи окружены критикой, они зачастую теряли понимание важности причастия и его способности нести духовную жизнь. В истории пробуждений часто имела место ненужная поляризация, когда людям приходилось выбирать либо одно, либо другое. Истина заключается в том, что нам нужно и то, и другое.

Истинное пробуждение восстанавливает Тело Христа. Это гораздо важнее привлечения внимания к одной или нескольким духовным истинам — нам нужно вернуть все наше наследие.

Все книги Ульфа Экмана

Назад Содержание Дальше