|
|
"И ангелы молчали"
|
Макс Лукадо
|
|
Глава 20. СЛУГА
...Истинно говорю вам, он[господин] препояшется и посадит их[рабов], и, подходя, станет служить им. Лк. 12:37 Представьте себе, что произошло нечто совершенно невообразимое: вы приглашены на ужин с президентом.
Вы стоите, раскладывая тарелки по полкам на кухне ресторана, где вы работаете в вечернюю смену, когда через служебный вход в ресторан входит курьер.
- Хозяин уже ушел, будет только завтра, - говорите вы ему.
- Мне не нужен хозяин, я ищу вас.
- Что-что?
- Я из Белого дома, - говорит он, как бы объясняя свой строгий темный костюм и портфель.
- Вы это серьезно? - спрашиваете вы, внимательно рассматривая его и пытаясь выглянуть за дверь, чтобы посмотреть, нет ли там кого-нибудь еще.
- Я должен доставить вам это письмо.
Вы отчаянно пытаетесь вспомнить, что такого могли натворить. Одновременно вас гложут смутные сомнения, что это подстроил ваш кузен Альфред, чтобы отомстить за чеснок, подвешенный вами вместо освежителя воздуха в его машине. В одном вы практически не сомневаетесь: вы - не тот, кто им нужен, здесь какая-то ошибка.
Тем не менее, вы вытираете руки о передник и берете письмо. Это письмо адресовано вам. На конверте, украшенном гербом, ваше имя не напечатано, а написано от руки, красивым почерком.
Конверт очень солидный, что сразу же развеивает теорию о происках Альфреда - он слишком большой жмот, чтобы покупать такой конверт ради розыгрыша. Вряд ли это письмо из налоговой инспекции - слишком уж официально, и потом этот курьер... Вы открываете письмо и: "Здравствуйте...". Письмо от президента Соединенных Штатов Америки.
Вы глядите на курьера, доставившего вам это послание, и видите, что он улыбается так, словно именно ради этого момента поступил на службу.
Вы оглядываете кухню, пытаясь найти кого-нибудь, кому можно было бы показать письмо, но там больше никого нет.
Вы уже собираетесь бежать в зал ресторана, чтобы поделиться новостью с Альмой - официанткой, но любопытство и нетерпение одерживают верх, и вы читаете письмо.
Это приглашение - приглашение на ужин. В вашу честь устраивается прием на государственном уровне и банкет.
Ваша бывшая жена устроила как-то раз вечеринку по случаю вашего дня рождения - вскоре после свадьбы, но помимо этого вы не можете припомнить ни одного случая, когда кто-либо устраивал бы ужин в вашу честь. Ни дети, ни соседи, ни ваш босс... вы и сами никогда не устраивали ужина в свою честь.
Теперь же ради вас устраивает прием сам главнокомандующий!
- А... что все это должно означать? - спрашиваете вы.
- Только то, что здесь написано. Вы приглашены в Белый дом. Что мне передать президенту?
- А?
- Что мне передать президенту? Сможете ли вы прийти на ужин?
- А, да, да... конечно! Мне бы очень хотелось.
Итак, вы идете на ужин. В указанный день вы надеваете лучшее из вашего гардероба и отправляетесь на Пенсильвания-авеню. У ворот вас встречают люди в темных костюмах и ведут к дверям Белого дома. За дверьми они передают вас провожатому в смокинге. И вот, сопровождаемый эхом своих шагов, вы идете следом за ним по длинной галерее, где висят портреты президентов прошлого.
В конце коридора - зал, где устраиваются приемы. В центре зала - длинный стол, на котором стоит только один прибор, рядом с ним - табличка с вашим именем.
Провожатый жестом предлагает вам сесть и удаляется. Тогда вы делаете то, что хотели сделать с того самого момента, как вступили на порог резиденции президента. Вы обводите зал взглядом и восторженно произносите: "О-о-о!" Вы никогда прежде не видели такого длинного стола. Такого красивого хрусталя. Такого дорогого фарфора.
Столового прибора с таким количеством вилок и канделябра с таким количеством свечей.
"О-о-о!" У вас под ногами лежит восточный ковер - очевидно, из Китая. Над головой у вас миллионами хрустальных огней сверкает люстра - вероятно, немецкой работы. Стол и стулья сделаны из полированного тикового дерева - несомненно, из Индии.
Прямо перед вами - камин, в котором разведен огонь. Над белой мраморной полкой висит картина. Это же... Вы не верите своим глазам - это же ваш портрет! Те же глаза, та же глуповатая улыбка, тот же нос (как бы вы хотели, чтобы он был хоть чуть-чуть поменьше!). Но сомнений нет: это вы!
"О-о-о!" - Я держу этот портрет здесь, чтобы он напоминал мне о вас.
Раздавшийся сзади голос заставляет вас замереть. Нет нужды оборачиваться, чтобы увидеть, кто говорит. Этот голос может принадлежать только одному человеку. Не оглядываясь, вы ждете, пока он приблизится. Наконец он кладет свою руку вам на плечо.
Вы оборачиваетесь, смотрите и... Да, это он, президент. Несколько ниже, чем вы себе представляли, но все в нем говорит о власти. Квадратный подбородок. Глубоко сидящие глаза. Высокие скулы. Серый костюм. Красный галстук.
Передник.
Что-что?
На президенте надет передник! Обычный кухонный передник - точно такой же, как тот, что вы носите у себя на работе.
Картину дополняет сервировочный столик, стоящий позади него. Он подает вам тарелочку с хлебом и говорит: "Я так рад, что вы смогли прийти ко мне в гости!" Вы знаете, что должны что-то сказать. Но ответ затерялся где-то между тем самым "О-о-о!" и мыслью, не оставлявшей вас все это время: "Что это значит?".
Вы думали, что получить подобное приглашение - само по себе потрясающе. Вы полагали, что зайти в Белый дом - и без того захватывающее приключение. Ваш рот раскрылся от удивления, да в таком положении и остался с того момента, как вы заметили на стене свой портрет. Но все это померкло по сравнению с тем, что вы увидели сейчас.
Главнокомандующий в роли официанта? Президент накрывает вам на стол и подает ужин? Первое лицо государства наполняет ваш бокал вином и подносит хлеб? Все заранее заготовленные учтивости и комплименты моментально забываются, и вы выпаливаете то, что у вас действительно на уме: "Постойте, постойте! Это неправильно. Вы не должны заниматься этим! Вы не должны накрывать на стол и подавать еду. Я мою посуду в ресторане, и это моя работа - прислуживать за ужином. Вы - старше и значительнее меня. Давайте-ка я надену передник и подам ужин... сэр".
Но он не позволяет вам сделать этого: "Сидите, сидите, - настаивает он. - Сегодня вы - мой почетный гость".
Ну вот, я же предупреждал вас, что это будет совершенно фантастическая, невообразимая история. В жизни такого не бывает... или все-таки бывает?
Бывает, но только с теми, кто способен это увидеть. С ними это происходит каждую неделю. В банкетных залах по всему миру главнокомандующий оказывает честь рядовым. Вот они - самые обычные люди, лишь час назад стоявшие где-нибудь на кухне или застрявшие в автомобильной пробке, сидят за столом правителя.
Почетные гости. Очень важные персоны. Сегодня их принимает и им служит Тот, в Чьих руках-вся история человечества.
"Это есть Тело Мое", - говорит Он, преломляя хлеб.
А вы думали, что это - всего лишь ритуал, обычай, воспоминание о чем-то, случившемся так давно. Вы думали, что это - всего лишь представление, изображающее вечерю, во время которой Он ел со Своими учениками.
Это - намного больше.
Это - вечеря, на которую Он приглашает вас.
Будучи еще маленьким мальчиком, я вместе с другими ребятами из нашей церкви разносил причастие по домам и больницам. Мы навещали тех, кто сам не мог прийти в церковь, но желал молиться и принять причастие.
Мне было лет десять-одиннадцать, когда мы принесли причастие в больницу одному пожилому человеку. Он был очень слаб и спал, когда мы зашли к нему в палату. Мы попытались разбудить его, но нам не удалось. Мы трясли его за плечо, звали, но все было бесполезно - он крепко спал.
Нам очень не хотелось уходить, не исполнив своих обязанностей, но что было делать?
Один из нас заметил, что рот спящего был немного приоткрыт. "Почему бы и нет?" - переглянулись мы. Мы помолились над маленьким кусочком хлеба и вложили его в рот больного. Затем мы помолились над виноградным соком и влили ему в рот несколько капель.
Он продолжал спать.
Как многие продолжают спать и поныне. Для некоторых из нас причастие - это время, когда мы в полудреме жуем хлеб и пьем виноградный сок - и ничто в этот момент не тревожит нашу душу. Но ведь все должно было бы быть иначе!
Это должно бы быть самым невероятным, самым удивительным событием - приглашение занять место за столом Господним, за которым вам будет служить Сам Царь царей.
Когда вы читаете о Тайной вечере в Евангелии от Матфея, невозможно не заметить одного потрясающего момента.
Христос - Тот, Кто управляет событиями. Он выбрал место, определил время и приготовил все. "...Время Мое близко; у тебя совершу пасху с учениками Моими"1.
И во время вечери Христос не гость, а хозяин: Он преломляет и дает хлеб ученикам. Глаголы указывают на смысл и суть происходящего: Он берет, благословляет, преломляет и раздает.
Во время вечери Христос - не тот, кому служат, а слуга. Именно Господь во время вечери одевается как слуга и омывает ноги ученикам2.
Христос у стола вечери - тот, кто действует наиболее активно. Он не возлежит и принимает, а стоит и раздает.
Он делает это и поныне. Вечеря Господня - это Его дар вам. Вечеря Господня - это Его таинство3, а не ваше жертвоприношение4.
Зачастую мы думаем о вечере как о некоем представлении, как будто мы выходим на сцену, а Бог сидит в зале и смотрит. Мы думаем о ней как о церемонии, во время которой мы лишь исполняем обряд, а Он стоит и наблюдает. Но ведь все было задумано иначе, в противном случае Иисус просто возлег бы у стола и ничего не делал5.
Однако Он поступил по-другому. Иисус явил Себя учителем и наставником, руководя Своими учениками во время празднования Пасхи. Он явил Себя слугой, омывая им ноги. И Он явил Себя их Спасителем, даровав им прощение грехов.
Он направлял события. Он был в центре внимания. Он стоял за всем этим и одновременно был центральной фигурой всего происходящего.
Так же все остается и по сей день.
Вы сидите за столом Господним. Вы вкушаете вечерю Господню. И так же, как Он молился за Своих учеников, Он молит Бога о нас6. Когда вы получаете приглашение прийти и вкусить вечерю Господню, возможно, его доставляет посыльный, но написано оно Самим Христом.
Это - святое приглашение. Священное таинство, зовущее вас оставить рутину повседневной жизни и войти в сияние Его славы.
Он ожидает вас у стола.
И когда преломляется хлеб, его преломляет Сам Христос. Когда наливается вино, его наливает Сам Христос. И когда ваши плечи освобождаются от груза тяготивших их забот, это происходит потому, что поблизости, облачившись в передник, стоит Царь.
Подумайте об этом в следующий раз, когда подойдете к столу Его вечери.
И еще одна мысль, напоследок.
То, что происходит на земле, - лишь бледное подобие того, что будет происходить на небесах7. И в следующий раз, когда посыльный принесет вам приглашение на вечерю, оставьте свои дела и пойдите. Получите благословение, насытьтесь и, что самое важное, обретите уверенность в том, что будете сидеть у Его стола, когда Он призовет нас домой.
____________________
Примечания:
1 Мф. 26:18.
2 Ин. 13:5.
3 Таинство -это дар Господа Своему народу.
4 Жертвоприношение - это дар людей Господу.
5 В вечере Господней есть место для жертвоприношения. Мы возносим молитвы, исповедания, благодарения как наши жертвы Господу. Но все это является жертвой, приносимой в благодарность за обретенное спасение, а не жертвой, в обмен на которую мы рассчитываем получить спасение. Мы не говорим Господу: "Посмотри, что я сделал!". Напротив, с благоговением мы взираем на Бога и преклоняемся перед тем, что Он совершил.
И у Лютера, и у Кальвина имелись твердые убеждения касательно того, как нам следует рассматривать вечерю Господню.
"Таинство и завет Божий, которые надлежало бы принимать как доброе даяние, они (религиозные вожди) превратили в доброе дело, совершаемое человеком" (Martin Luther, Luhter's Works American Edition, 36:49).
"Он (Христос) говорит ученикам: "возьмите", и Сам, таким образом, является единственным Подателем. Когда священники притворяются, что на вечере преподносят Христа, они стоят на совершенно ином основании. Как невероятно все перевернуто с ног на голову: смертный человек, чтобы принять Тело Христово, должен присвоить самому себе роль того, кто подает его" (John Calvin, А Harmony of the Gospels, 1:133).
(As quoted by Frederick Dale Bruner in Matthew vol.2 of The Churchbook [Dallas: Word, Inc., 1991]. 958).
6 См.: Рим. 8:34.
7 Лк. 12:37.
Все книги