- Извини за вторжение, но вот уже некоторое время я за тобой наблюдаю. Ты ведь собирался войти в тронный зал, я думаю, к царю?
- Да, Садок. Таково было мое намерение. Но я подумал и решил, что у царя нет необходимости видеть меня.
- Ты удивляешь меня, Нафан. По моему мнению, царь очень нуждается в тебе. Он сейчас переживает самое тяжелое испытание в своей жизни. Я не уверен, что он сможет выдержать такое испытание, как это.
- Он уже прошел через это испытание, Садок, - уверенно опроверг Нафан, истинный пророк Божий.
- Прошел через это испытание? Прости, Нафан, но я не понимаю, о чем ты говоришь.
Этот кризис, как ты знаешь, только что начался.
- Садок, твой царь прошел через это испытание давно, когда был почти мальчиком.
- Ты говоришь о Сауле? Но то, друг мой, было совсем другое дело.
- Вовсе нет. То же самое. Нет никакой разницы. Как Давид относился к своему Богу и человеку над ним в то время... так и сейчас Давид относится к своему Богу и человеку под ним. Не может быть разницы. Ни малейшей.
- Конечно, обстоятельства изменились. Совсем немного, я могу добавить. Но сердце!
Сердце осталось тем же.
- Садок, я всегда благодарю, что нашим первым царем был Саул. Я содрогаюсь при мысли о тех бедах, которые он мог принести, если бы был молодым честолюбцем под властью другого царя. Нет большой разницы для человека, если он обнаруживает, что кто-то встал на его жизненном пути, Саул это или Авессалом. И в той и в иной ситуации развращенное сердце найдет себе "оправдание". Саулы этого мира никогда не видят Давида: они видят только Авесса лома. Авессаломы этого мира не могут видеть Давида: они видят только Саула.
- А чистые сердцем? - спросил Садок.
- Ну, сейчас это нечто редкое. Как сокрушенное сердце и сокрушенная воля должны обращаться с Авессаломом? Так же, как и с Саулом? Скоро мы это узнаем, Садок! Ни ты, ни я не видели Давида в его отношениях с Саулом. Но вот, похожие события разворачиваются на наших глазах, и я намереваюсь наблюдать вблизи за этой драмой.
Полагаю, что в результате кое-чему научусь. Обрати внимание на мои слова: Давид найдет верное решение и пройдет через испытание тем же путем, что в молодости.
- А Авессалом?
- Через несколько часов он, может быть, станет моим царем, разве не это ты имеешь в виду?
- Да, возможно, - ответил Садок почти с усмешкой.
Нафан засмеялся: - Если Авессалом усядется на трон, то пусть небеса смилостивятся над Саулами?
Давидами и Авессаломами царства! Я полагаю, наш молодой Авессалом станет великолепным Саулом. - Нафан повернулся и пошел прочь по длинному коридору. - Да, великолепным Саулом. Потому что во всем, кроме возраста и положения, Авессалом - уже Саул.
Все книги
