«Я изолью воды на жаждущее и потоки на иссохшее» (Ис. 44:3).
«Призови людей к молитве». Я огляделся: передо мной было большое собрание людей, говорящих на славянских языках. Длинная вступительная часть наконец подошла к концу, и пастор объявил, что сейчас буду говорить я. Единственное слово, которое дал мне Господь, было: «Призови людей к молитве». Что это было за послание? Но поскольку за несколько месяцев до этого я начал путь безоговорочного послушания тому, что, как я чувствовал, было словом Господним, я исполнил это повеление и призвал людей молиться. Они тут же опустились на колени. Не успел я осознать, что происходит, как на это собрание – около четырехсот человек – начал изливаться Святой Дух. Люди стали взывать к Богу; некоторые приняли Святого Духа и заговорили на иных языках. Другие, со слезами покаяния, искали путь обратно к Кресту.
Пастор был поражен происходящим, ведь он совершенно не привык к подобным проявлениям в своей церкви (хотя по своей конфессиональной принадлежности и был пятидесятником), и поспешил позвонить в колокольчик, чтобы призвать собравшихся к порядку. Послушно они умолкли и снова заняли свои места.
«А теперь, – провозгласил заметно встревоженный пастор глубоким, властным голосом, – слово предоставляется брату Миллеру».
Бог не изменил Своего намерения, поэтому, поднявшись, я произнес:
«Братья, давайте молиться!».
Люди опустились на колени. Едва они начали молиться, как на них вновь сошел Святой Дух; некоторые исполнились Святого Духа. Шум нарастал, пока пастор, не в силах больше терпеть отступление от привычного строгого формализма и ритуалов, не позвонил в свой колокольчик, призывая всех к порядку, и не отчитал собравшихся. Они послушались. Ход собрания вернулся ко мне, чтобы я мог произнести обычную проповедь. Но Божья проповедь оставалась прежней: «Братья, Бог здесь! Давайте молиться!». И люди в третий раз опустились на колени. Все повторилось: звон колокольчика, выговор, возвращение собрания мне, снова призыв к молитве, люди опять на коленях, затем излияние Святого Духа. Но в четвертый раз не было ни звона колокольчика, ни упреков. Святой Дух продолжал действовать – по-видимому, Его не задели эти постоянные прерывания. Пастор стоял рядом и наблюдал, пока сам не ощутил на себе действие Святого Духа и не начал взывать к Богу.
Наконец пастор понял, что люди вовсе не «вышли из-под контроля», а, напротив, оказались «в руках Божьих». Часами раздавались громкие плач и стоны. Некоторые под ужасным обличением боролись за прощение; другие, торжествуя, прославляли Сион и Агнца. Иные заговорили на иных языках, приняв Святого Духа, обещанного Отцом. Это был святой праздник, настоящий юбилей. К концу недели почти двести человек исполнились Святого Духа.
В другой церкви в столице, Буэнос-Айресе, начала течь та же прекрасная Божья река – она очищала, исцеляла и наполняла верующих Святым Духом. Среди них были дети одного миссионера-пастора и его жена, которая много молилась. В тот душный летний вечер двери церкви плотно закрыли, чтобы шум не беспокоил неверующих соседей, однако возгласы хвалы проникали сквозь закрытые двери, возносясь прямо к небесам.
НА СЕВЕР.
Мы с братом Робертом Томасом отправились на север в старом, неповоротливом поезде, который с трудом продвигался вперед, трясясь на ходу со скоростью всего 18 миль в час. Наш путь лежал в Энкарнасьон, Парагвай – место, которое, как дал понять Господь, Он желал благословить.
Уже на втором вечернем собрании Божья река с огромной силой излилась на обездоленных жителей этого отсталого уголка Парагвая. На третий вечер пришла робкая индейская женщина из джунглей. Поскольку она говорила только на языке гуарани, я не смог побеседовать с ней до начала служения. Я даже не мог поприветствовать ее по-испански – пришлось прибегнуть к помощи переводчиков.
Но когда опустилось облако славы, эта робкая женщина внезапно вскочила на ноги. Исполнившись Божьей славы, она начала свободно и бегло говорить по-испански, пророчествуя о том, что собирается совершить Господь. Она говорила на столь прекрасном языке, что я был уверен: окружающие просто пошутили, сказав, что она не знает испанского языка. Женщина сказала, что Бог хочет крестить одного из братьев Своим Духом, но тот не желает поднимать вверх руки. Мужчина по-прежнему не поднимал рук, и тогда женщина, сама того не осознавая, перешла от слов к делу. Перепрыгнув через скамью, она схватила его за руки – а он в это время стоял на коленях – и силой подняла их высоко над его головой. В тот же миг он заговорил на иных языках, приняв крещение Духом Божьим.
После богослужения я подошел к ней и сказал: «Ну что ж, выходит, вы меня разыграли? Оказывается, вы умеете говорить по-испански!». Она посмотрела на меня с полным недоумением, а окружающие пояснили: «О нет, она не говорит по-испански – только на языке гуарани». Находясь в Духе, она говорила на иных языках, совершенно не понимая того, что произносит, даже когда пророчествовала о пришествии Господа. Для нас же, понимавших каждое ее слово, это было чудесное пророчество.
В том краю началось движение Господне, которое продолжалось долгие месяцы: оно охватило церкви, проникло в джунгли и дошло до поселений европейских переселенцев. На некоторых богослужениях присутствовал молодой парень славянского происхождения. Он впервые видел подобное проявление Божьей силы. «Я хочу, чтобы это было в моей жизни», – твердо решил он. Спустя два года он приехал в Сити-Белл, чтобы принять участие в происходившем там пробуждении. Бог добавил еще одно звено в Свою цепь.
В АРГЕНТИНСКОМ ЧАКО.
Посреди суровых джунглей Чако отважные крестьяне из Европы основали хлопковые фермы. На своей родине они знали, что такое Божье присутствие, но тяжелые испытания веры – переезд в новую страну, возведение домов, церквей и хозяйств на враждебной земле, где все приходилось делать своими руками, имея лишь скудный набор инструментов, – привели к тому, что их первая любовь к Господу угасла. Для старшего поколения, поглощенного заботами о фермах и делах, церковь стала лишь обязательным воскресным ритуалом. Для молодежи посещение церкви превратилось в привычку: они приходили туда, подчиняясь требованию родителей, но вели себя вызывающе – смеялись и издевались. Они были известны своим отступничеством и полным отсутствием интереса к чему-либо духовному.
И вот однажды, в Рождество 1950 года, помощник пастора и несколько прихожан узнали об излиянии Святого Духа среди славяноязычного населения Буэнос-Айреса. Они отправились туда с визитом. Став свидетелями славного действия Святого Духа – особенно среди молодежи, – они сами загорелись желанием искать Господа. Вернувшись в Чако, они поделились своими впечатлениями о том, как Господь действует на юге. В сердцах людей пробудилась жажда, и они начали искать Господа. Святой Дух начал действовать среди них. Молодые люди, которые прежде лишь смеялись и издевались, начали приходить к Господу.
Одна молодая девушка – самая отступившая от веры из всех отступников – пришла к Нему в покаянии и исполнилась Святого Духа. У старших глаза полезли на лоб: «Как такое возможно? Самая худшая в церкви – и первой приняла Духа!». Но для остальных молодых людей это стало важным знаком: если Бог простил и крестил ту, что была хуже всех, значит, надежда есть для каждого из них. Они начали искренне искать Господа. Словно неведомая сила влекла их к Богу – тех самых, что пришли в церковь лишь ради того, чтобы посмеяться и поиздеваться.
Один молодой человек по имени Александр, известный среди местной молодежи как зачинщик всяких проказ, стоял у дверей церкви и насмехался над происходящим. Будучи в подпитии, он почувствовал, как некая мощная огненная волна непреодолимо влечет его вперед. Приблизившись к алтарю, он пал ниц. Его смех внезапно сменился скорбью, и он разрыдался, не в силах сдержать слез. В одно мгновение его жизнь изменилась: он отвернулся от греха и обратился к Господу. Вскоре Бог наполнил его Святым Духом. В последующие недели он проводил ночи в лесу, взывая к Господу, а днем отправлялся работать на хлопковые поля. Он стал человеком молитвы – перемена была настолько радикальной, что его прежние товарищи были поражены. Спустя несколько месяцев Господь призвал его в Библейскую школу в Сити-Белл. Именно ему явился небесный посланник.
Обличение Святого Духа коснулось и людей старшего поколения – одного за другим. Они каялись и шли к своим заклятым врагам, чтобы примириться после многолетней – порой длившейся десятилетиями – личной вражды. Нередко случалось так, что человек, охваченный духом плача и покаяния, в смирении отправлялся к своему злейшему врагу, чтобы просить о примирении. Эта волна пробуждения продолжалась несколько месяцев.
ВСТРЕЧА В СИТИ-БЕЛЛ.
Александр из Чако, парень славянского происхождения из Парагвая, девушка из Мендосы, дочь миссионера из Буэнос-Айреса и другие – все они были собраны Господом в Сити-Белл в 1951 году. Именно там явился Ангел, и все мы оказались в Божьем присутствии, проведя три месяца в усиленных молитвах и ходатайстве.
По прошествии этого времени была созвана общая конференция. Во время одного из богослужений один молодой итальянец внезапно вскочил на ноги. Долгое время он пребывал в отступничестве, но теперь не смог устоять перед действием Духа Господня. Внезапно встав, он начал исповедовать свою духовную холодность и отступничество. Вслед за этим последовали и другие признания – дух покаяния охватил собравшихся. Прозвенел колокол, созывающий к обеду, но никто не обратил на него внимания. Дух Господень начал обличать каждого в его собственных нуждах и духовных пробелах. Один за другим люди открыто исповедовали свои прегрешения, и их отношения с Господом восстанавливались. Некоторые из миссионерских руководителей, будучи категорически не согласны с тем, что совершал Дух Господень, с гордым видом покинули собрание и больше не вернулись, крайне недовольные тем, какой оборот приняла встреча.
Несмотря на сопротивление и отказ со стороны отдельных лиц, Дух Господень продолжал действовать, ведь многие другие были открыты и жаждали перемен. По окончании учебного семестра молодые люди отправились на служение Господу, разделившись по двое. Двое юношей прибыли в город Вейнтисинко-де-Майо. В этом городе уже много лет существовала пятидесятническая церковь, но она почти пустовала.
«Господь послал нас сюда», – сказали юноши ошеломленной руководительнице миссии.
«Проходите», – сказала она, радушно встречая их.
Юноши отправились в свою комнату молиться. Чем дольше они молились, тем сильнее ощущали бремя за погибающие души. Не проводя пока никаких богослужений, они продолжали молиться; часто они ходили по улицам, и слезы катились по их щекам, пока они молились за людей.
Затем Господь побудил их установить евангелизационную палатку. Единственная доступная палатка был порвана и непригодна для использования, поэтому они принялись чинить его своими силами. Когда все было готово, они установили ее в подходящем месте. Движимые состраданием к нуждам людей, они начали свое служение. Дух Господень коснулся сердец пришедших горожан – многие из них обрели спасение и исцеление. Вскоре церковь перестала пустовать. Тот же Святой Дух, что действовал в Мендосе, Буэнос-Айресе, Парагвае, Чако и Сити-Белл, теперь начал касаться неверующих и в других уголках страны. Наши сердца ликовали: мы поняли, что Господь, несомненно, начал исполнять обещание, данное нам в Сити-Белл.
А затем от Господа пришло странное, непостижимое повеление: «Отступите с поля битвы. Отойдите в сторону, ждите и молитесь». Это было тяжелое указание. Мы ожидали стремительного рывка – того, что Царство Божье будет воздвигнуто в одночасье, – а вместо этого Он словно отодвинул нас в небытие, навстречу, казалось бы, полному и безнадежному провалу. И все же, повинуясь Его воле, мы покинули Сити-Белл (место Его присутствия) и переехали в другой город, расположенный примерно в 400 километрах оттуда.
ЖДИТЕ, БОДРСТВУЙТЕ И МОЛИТЕСЬ.
В дни ожидания, бодрствования и молитвы в Мар-дель-Плата наша вера подверглась суровому испытанию. Исполнение обетований Господних задерживалось, и многие начали насмехаться и издеваться. Действительно ли Бог проговорил? Им казалось очевидным, что нет – ведь ничего из обещанного Им не происходило, так что они продолжали глумиться. Многие отвергли то, что Бог совершил в Сити-Белл, решив, что здесь что-то не так, и ополчились на тех, кто верил в эти обетования. После всего того чудесного, что сотворил Бог, осталась лишь небольшая группа людей, которые по-настоящему верили, хранили Его слова и размышляли о них в своих сердцах. Шли месяцы, затем годы, и единственным нашим утешением было то, что Тот, Кто дал обетования, вполне способен их исполнить. В течение этих тихих лет ожидания произошло событие, которое укрепило наши сердца. Это стало явным подтверждением того слова, которое Бог дал нам еще в те дни в Сити-Белл.
«Эва Перон содрогнется... она увидит, как гром Моего присутствия обрушится на ее сердце. Она содрогнется, ибо увидит Меня таким, какой Я есть на самом деле». И вот однажды по всей стране разнеслась весть: Эва Перон тяжело больна. Эта красивая, но порочная, могущественная и злая, неверная и нераскаявшаяся женщина – та, что вместе со своим мужем правила в условиях жесткой диктатуры и заставляла даже мужчин трепетать, – была поражена Господом; теперь пришел ее черед трепетать.
Шли недели, и люди узнали, что ее болезнь неизлечима. Ее возили в лучшие клиники – она даже тайно побывала в одной из знаменитых больниц Нью-Йорка, – но все было тщетно. Лейкемия – этот ужасный рак крови – терзала ее прекрасное тело.
Неумолимо исполнялись слова Божьи. Она отчаянно боролась за жизнь, но, несмотря на деньги, влияние, молодость и все усилия ее друзей-спиритистов, ее состояние становилось все хуже и хуже. Эва Перон – женщина, ставшая ревностной последовательницей спиритизма и вовлекавшая в него всю страну, – была неотвратимо увлечена навстречу страшной, мятежной смерти: она кричала, умоляя о жизни, и в горькой ярости рвала на себе свои прекрасные волосы. И все же смерть унесла ее пред лицо Божественного Судьи. Она увидела Его таким, какой Он есть… и затрепетала.
После славных месяцев Божьего посещения в Мендосе, после того как Дух Святой начал действовать в церквях Аргентины и Парагвая, после дней в Сити-Белл, прошедших под водительством Духа, мы оказались в положении, когда нам оставалось лишь ждать, бодрствовать и молиться. Это время ожидания было нелегким. Молчание Господа, наступившее после обилия посланий, данных Им в Сити-Белл, стало суровым испытанием для нашей веры; это был самый тяжелый период. Принять обетования верой было сравнительно легко, но терпеливо дожидаться их исполнения оказалось куда сложнее. Сроки и времена были лишь в руках Божьих, а Он повелел нам ждать.